January 5th, 2010

(no subject)

Наконец-то, на халяву, посмотрел бондарчуковский "Обитаемый остров" по телеящику. 10 минут первой фильмы. И 15 минут второй, самый конец, взрыв Центра.

Цензурных слов нет. И ладно бы розовые танки. Мне на это начхать. "Он художник, он так видит". Но то, что в его экранизации напрочь отсутствует психологическая составляющая романа Стругацких, это просто... цензурных слов нет. 

Бондарчук Федор - это ... цензурных слов нет.

В книге Максим, перед тем, как идти рвать Центр, собирается с духом. Потому что это ему тяжело. Там и Рыба есть, которая учила его языку, и чтобы взорвать центр, надо про Рыбу забыть на время. И говорит с тоской своему спутнику, что хорошо бы этот день пережить. Вот он добрался до центра. Который долго искал. И сейчас пойдет его рушить. Но прежде, чем пойдет, надо все внутри себя собрать в узел. А это не так просто.

А у Феди?
"Щас, чуваки, момент, метнусь еще бухла возьму, можете пока откинуться, вернусь и продолжим гульбище". Не по словам, а по настроению главного героя. 

Тьфу, зараза!