Опасные экспертизы

От переводчика:
Недавно в России был осужден судебно-медицинский эксперт, согласно которому погибший в резонансном ДТП мальчик был в дупель пьяный. Этот неумеха, имевший однако все необходимые дипломы, справки и допуски, нарушил все мыслимые и немыслимые правила вскрытия. Однако из статьи-расследования немецкой газеты "Цайт" выходит, что ошибочные экспертизы поставлены на поток и в Германии. Дети ЕГЭ, объединяйтесь!



https://www.zeit.de/2019/26/fehlurteil-brandstiftung-gutachten-forensiker-berlin

18 сентября 2003 года около часа ночи Моника де Монтгазон проснулась от какого-то треска. Источник шума был в комнате ее смертельно больного отца Теодора. Затем она заметила густой дым. 48-летняя ассистент врача вызвала пожарных, а своего друга послала в комнату отца. Однако посланного охватил страх, когда в комнате ему в лицо пыхнул дым и горячие газы. Он выпрыгнул с верхнего этажа, ударился о перила и остался лежать в палисаднике со сломанным тазом. Моника побежала к нему, и открыла входную дверь. Горячие газы от процесса пиролиза в тлеющем матрасе комнаты больного получили теперь достаточно кислорода для столь пугающего пожарных сквозного воспламенения. Огненный вал прокатился сверху вниз по обшитому сосновой доской бунгало. Когда прибыли огнеборцы, все уже было объято пламенем. Спасти отца было невозможно.

Дело о смерти Теодора де Монтгазона было для прокурора Райнхарда Альберса сначала рутинным, одним из десятка ежедневных дел с трупами. Погибший курил в постели. Поскольку он часто ронял сигареты, перед его кроватью был расстелен кусок линолеума. Однако следователь по пожарам из Берлинского управления уголовного розыска исследовал руины дома. Поскольку он не смог однозначно определить источник возникновения пожара, то с равномерно поделенной площади изъял 17 проб оставшегося хлама, и отправил их в полицейский Институт технических исследований. В 16 образцах эксперт-химик Макс Холль (имя изменено) нашел следы денатурированного спирта. Кто-то поджег дом. Но зачем?

"Я ломал себе голову", - вспоминает то время прокурор. О возможной вине Моники де Монтгазон говорили исключительно эти следы денатурата. В конце концов Альберс узрел мотив преступления в состоянии дома, никогда не ремонтировавшегося, с двором в пятнах бензина, где стоял старый автомобиль. "Дом в таком состоянии нельзя было продать, по крайней мере, за сумму, на которую он был застрахован".

Прокурор знал о коварстве мотива преступления: "Если он однажды установлен, то тяжело сказать "Нет, так не может быть!". Он вынес обвинение в убийстве и поджоге с отягчающими обстоятельствами. И сказал: "Ужасно, если будет осужден невиновный".

У Макса Холля раскатистый смех. Его массивное тело трясется, когда пенсионер читает строки судебно-химической экспертизы, которую он дал в Берлинском земельном суде на процессе по обвинению Моники де Монтгазон в убийстве. "Это написал я? Это неправильная формулировка. Я сляпал какую-то глупость. Кто много пишет, много и лажает".

Однако именно этими и прочими "глупыми" предложениями тогдашний прокурор Альберс был убежден в том, во что вообще-то не хотел верить, а именно, что женщина сожгла своего смертельно больного отца, для того и перебравшегося в его дом, чтобы ухаживать за ним. И тогдашний судья также оперся на заключение этого эксперта, когда в январе 2005 года осудил Монику де Монтгазон к пожизненному заключению за убийство при отягчающих обстоятельствах. К счастью, он и его коллеги оказались не особо убедительны в утверждении, почему они прислушались к химику Холлю, а не к другим четырем экспертизам, давшим противоположные результаты. Федеральный верховный суд отменил приговор.

2 апреля 2008 года Моника де Монтгазон во второй раз заняла место на скамье подсудимых берлинского окружного суда. После доклада ведущего эксперта по пожарам из федерального управления уголовного розыска вопросов больше не осталось. При всей дипломатичности формулировок она однозначно удостоверила полную ошибочность своих коллег в оценке этого пожара, в результате чего Моника де Монтгазон провела за решеткой 888 дней.

Продолжения не будет, потому что статья находится на платном абонементе. Но и выложенного кусочка оказалось, по-моему мнению, достаточно, чтобы взяться за перевод.