Может, и Ребекка Ройш вернется домой через пяток лет?

Эта берлинская девочка пропала четыре месяца назад. Мне трудно было представить, что она не похищена, не убита, а по своей воле с кем-то смылась из дома, и просто не дает о себе знать, хотя благодаря интернету может постоянно быть в курсе, что творится с ее родными, что был арестован и отпущен муж ее сестры. Но вот история другой девочки, что тоже исчезла во времена интернета, и не давала о себе знать целых пять лет. Статья длиннющая, на семь условных страниц, но первую я переведу.


58-летнего подсудимого обвиняют в похищении несовершеннолетней и сексуальном насилии при отягчающих обстоятельствах

https://www.zeit.de/2019/27/sexueller-missbrauch-paedophilie-internet-kinder-trauma

40 ступеней вверх, и все закончится. Мария стоит на лестничной клетке, которую знает с детства. Наверху ее мать. Мария слышит ее крик: "Мария?". Почти два часа ночи, 31 августа 2018 года, пятница. Только что посторонняя женщина позвонила матери, и сказала, что той надо сесть. Для нее новость: внизу стоит ее дочь Мария. Мария внизу слышит крик матери и начинает подниматься по ступенькам, на ходу задаваясь вопросом, что же ей сказать, когда она поднимется? Первый этаж. Второй этаж. Третий этаж.

Мать постарела. От нее пахнет уже не мамой, а парфюмом. И вот она держит дочь в руках, долго не разжимая объятия. И говорит сквозь слезы: "я тебя почти не узнаю". В этот момент, рассказывает Мария месяцы спустя, с ее плеч упали все заботы. Они обе сидят в комнате на софе, мать всматривается в нее, хватает за руки, опять смотрит. Они говорят мало. Во Фрайбурге светает. А затем мать Марии звонит в полицию.

Мария числилась пропавшей без вести пять лет, три месяца и 27 дней. Ей было 13 лет, когда ее похититель Бернхард Х., на тот момент 52-летний, увез ее в "Шкоде октавиа" из Фрайбурга в Польшу, затем они, незамеченные полицией, проехали через всю Европу в Сицилию. И вот Мария снова здесь, но уже не девочка - ей 19 лет. И Бернхард снова здесь. В мае он предстал перед судом за похищение ребенка и сексуальное насилие с отягчающими обстоятельствами. Приговор должен быть вынесен через две недели.

История Марии напоминает дело Наташи Кампуш. В 1998 году 10-летняя Наташа была похищена в Вене, и провела восемь лет в подвале за звуконепроницаемой сейфовой дверью. Бернхарду Х. не нужно было строить укрытие в подвале, чтобы Мария оставалась с ним. Он построил тюрьму в ее голове.

В ходе сексуального насилия преступники часто применяют силу, снимают на пленку себя и своих жертв. Так было с интернет-платформой детского порно "Элизиум", так было в случае с насилием над маленьким мальчиком в Штауфене, и так же было на площадке для кемпинга в Люгде. На первый взгляд случай с Марией выглядит иначе. Но и Бернхард Х. применял насилие - психическое. Он делал это столь искусно, что Мария стала его союзницей, не видя в нем преступника. В этом деле трудно понять и Бернхарда, и поведение его жертвы.

Пять недель спустя после возвращения Мария сидит за спущенными жалюзи в спальне матери. В углу громоздится штабель паззлов и настольных игр. В данный момент с ними играет пятилетняя племянница Марии. Она родилась вскоре после ее исчезновения. Повсюду висят и стоят семейные фотографии. Одна приклеена к двери. На ней Мария, рука в руке с матерью и братом около берлинского рейхстага, улыбается в камеру. Это улыбка рассеянного 12-летнего ребенка с конским хвостом и челкой. В ней трудно узнать нынешнюю девушку с пронзительным взглядом. Напротив Марии сидит Моника Байслер, ее мать. Ее лоб изборожден морщинами.

Лишь после двух десятков разговоров с корреспондентом "Цайт" Мария впервые рассказывает свою историю полностью. Она знает, что ее исчезновение наделало в Германии за эти годы больше шума, чем чья-либо еще пропажа, ее лицо печаталось на первых листах газет, о ее судьбе делались предположения на телевидении, радио и в интернете. Мария говорит, что хорошо, что теперь общественность узнает, что же с ней случилось в действительности. Мать согласилась на разговоры с "Цайт", потому что и другие родители должны осознавать опасность интернета для их детей. Многое из того, о чем рассказывает Мария, трудно проверить, потому что многое произошло лишь между ними двоими - ей и Бернхардом. Но тот не общается с прессой. А на суде подсудимый и жертва-свидетель дают показания почти исключительно в отсутствие публики.


На фотографии, по которой Марию искала полиция, ей 13 лет.

Мария росла в микрорайоне Фрайбург-Вайнгартен, где горели мусорные контейнеры, а подростки грабили доставщиков пиццы. Мария каждый день радовалась домашним заданиям: "я была той еще зубрилой". В свободное время она занималась плаваньем, бегала на коньках, ходила на курсы танцев, играла в теннис, ходила в карнавальный союз. На каникулах ездила в летний лагерь, или с матерью и братом на море в Италию или Испанию. Так она доросла до гимназии. Моника Байслер - мать-одиночка, от случая к случаю работающая в Фрайбурге уборщицей. Первого ребенка она родила с 17 лет, в 35 лет - пятого, Марию. В детстве с Марией не было проблем, она даже завязывала шнурки брату. Никаких проблем, в отличие от обеих старших дочерей, с которыми у нее больше нет контакта.

Родители развелись вскоре после рождения Марии. Отец живет в получасе езды от Фрайбурга, но из-за психического заболевания уже годами почти не покидает место жительства. Поэтому время от времени только обмениваются новостями через Фейсбук. В ее детстве отец не сыграл никакой роли. А она хотела себе настоящего отца. Можно продолжить ее мысль: с другим отцом, возможно, все было бы по-другому. Но это только предположения.

Он назвал себя Карл_хен, возраст: 51 год. Так весной 2012 года представился Бернхард Х. в профиле клуба Cooee, онлайн-игры с танцующими аватарами для "болтовни, флирта и шуток". Она назвала себя Жемчужная Мария, 11 лет. Она, рассказывает ныне, нашла его симпатичным - электрика из маленького городка в районе Липпе, Северный Рейн - Вестфалия. Он умел хорошо все объяснять. Мария спрашивала и спрашивала, про электрические провода, про медицинские измерительные приборы, которые он монтирует, про политику, и на все у него был ответ. Он прислал свою фотографию: мужчина в костюме с галстуком на выборном плакате республиканцев (не знаю, о какой партии идет речь - прим. пер.). Бернхард какое-то время был казначеем мелкой партии правого толка в земле Северный Рейн - Вестфалия. Мария была заворожена. Как может обычный человек попасть на избирательный плакат?

Через пару дней Бернхард написал в чате, что любит ее. Поэтому ему приходится скрывать от своей жены, что общается с Марией. И он написал: ты действуешь на меня не как ребенок, а как взрослый человек. Мария была горда таким отношением. Наконец-то с ней обращаются так, что ей приятно. А не как дома: Мария, наведи порядок. Мария, вынеси мусор. Мария, учи латынь.

Конец. Продолжения не будет.

Ах, да, это Ребекка Ройш: