Вот есть у немцев скудный перечень того, что мне очень нравится


6 июня 2018 года Милинко П. во время бегства от полиции на углу улиц Кантштрассе и Виндшайдштрассе совершил смертельный наезд на 22-летнюю Йоханну Хан. И поныне семья и друзья погибшей оставляют цветы на месте трагедии.


Например, у них виновного в ДТП со смертельным исходом могут приговорить (и приговаривают, перевод ниже) к пожизненному заключению. Во время работы следователем мне доводилось постоянно расследовать аварии, разумеется, и со смертельным исходом. Поскольку законодатель рассматривал эти преступления не как умышленные по последствиям, а совершенные по неосторожности, то и наказания были несерьезные. С одним-двумя погибшими я даже не совался к прокурору за санкцией на арест. А вот коллега с Суздальского РОВД как-то арестовал водителя, сбившего насмерть девушку, который сначала скрылся с места аварии, а потом еще вздумал не являться по вызову следователя. Но это были исключения. Судебная практика была такова, что если виновный водитель был трезвый, то получал за одного-двух покойников условное (!) наказание. Тем более, что, как правило, эти водители оплачивали похороны, то есть к моменту суда проявляли "деятельное раскаяние". И лишь при более отягчающих обстоятельствах следовало помещение в колонию-поселение. Главное слово в этом словосочетание "поселение", а не "колония". И лишь буквально на днях ДТП с тяжкими телесными повреждениями или со смертельным исходом, совершенные водителями в состоянии алкогольного опьянения, приравняли по наказанию к умышленным аналогичным преступлениям.

А теперь про немцев.

https://www.morgenpost.de/berlin/article226308037/Toedliche-Verfolgungsjagd-in-Berlin-Lebenslaenglich-fuer-28-Jaehrigen.html

Берлин. На процессе по делу гибели студентки Йоханны Хан берлинский земельный суд приговорил в четверг подсудимого за убийство к пожизненному заключению. Тем самым, суд пошел дальше запроса прокуратуры, представитель которой отказался от первоначального обвинения в убийстве, выступавшего за осуждение за убийство по неосторожности. 28-летний подсудимый совершил смертельный наезд на молодую женщину в июне прошлого года во время бегства от полиции.

Решающим для определения приговора стал вопрос, что подсудимый Милинко П. своим поведением во время бегства от полиции "допустил возможную смерть потенциальной жертвы" и, тем самым, совершил "убийство с косвенным умыслом".

В последнем слове представитель прокуратуры высказался две недели назад, что невозможно с окончательной определенностью утверждать, что П. на момент совершения преступления осознавал, что совершил наезд на непричастного человека. 40-я коллегия земельного суда по рассмотрению уголовных дел решила иначе. 28-летнему водителю было доступно осознание создаваемой им опасности, заявил председатель Петер Шустер в обосновании приговора. "Руководило им необузданное желание скрыться от полиции благодаря лихаческому маневрированию".

Также для суда оказались выполненными еще три признака, превращающие "обычное" преступление со смертельным исходом в убийство. Во-первых, вероломство (скрытая злоба), потому что жертва на момент преступления была безобидной и беззащитной. Во-вторых, низменный умысел на сокрытие от полиции. В качестве третьего признака судом было оценено использование источника повышенной опасности, то есть мощного автомобиля "Ауди-А-6", на котором П. ехал вместе с двумя пассажирами вечером 6 июня 2018 года.

Всего подсудимый был наказан за двойное убийство и тройное покушение на убийство, плюс еще различные более мелкие правонарушения. Помимо Йоханны Хан также в результате аварии погиб один из пассажиров Милинко. Сотрудник полиции и еще двое прохожих избежали той же участи лишь по счастливой случайности. Также он должен возместить материальный ущерб родственникам погибшей студентки и травмированным, но это решение носит уже скорее символический характер.

Серб Милинко П. в июне прошлого года хотел всего лишь сделать в Берлине промежуточную остановку на пути на семейный праздник в Кёльне, но двое его знакомых уговорили его сходить на "дело", то есть поучаствовать в краже со взломом на Вестфелише штрассе в районе Шарлоттенбург. Троицу заметили полицейские в штатском, запросившие подмогу, и на Штуттгартер платц их попытались захватить. Сербу однако удалось прорваться сквозь блокировку многочисленными полицейскими машинами, и скрыться. "При этом он выбросил из машины все наворованное", - заявил председатель суда.

Преследуемый шестью полицейскими, П., пренебрегая красным светом двух светофоров, на большой скорости проехал в направлении Кантштрассе, где и произошла трагическая развязка. Йоханна Хан, держа велосипед, ожидала на тротуаре разрешающий сигнал светофора, когда была сбита автомобилем, летевшим на полной скорости. Все усилия случайно оказавшегося врача оказались бесполезны, 22-летняя женщина скончалась на месте происшествия.

Смягчающими для подсудимого обстоятельствами суд счел отсутствие судимостей и проявленное на процессе искреннее раскаяние. Но это мало ему помогло, потому что суд признал его действия как убийство, а при вменяемости виновного законодатель считает крайне необходимой мерой наказания за это пожизненное заключение. Другие заявления подсудимого и его адвоката судебная палата сочла лишь попытками выгородить себя.

Так, П. заявил, что не воспринимал полицейских в штатском как сотрудников полиции, и что они не включали ни проблесковые маяки, ни сирены. Он испугался, что имеет дело с гангстерами, желающими отобрать его добычу. Его пассажир кричал во время попытки их задержания: "мафия, мафия, сматывайся!". Поэтому он в состоянии паники дал полный газ.

Так же, как и адвокат законных представителей потерпевшей - матери и сестер Йоханны, председатель суда дал короткую оценку действий полиции в день трагедии. "Его должен был кто-то задержать, а в итоге мы имеем двух погибших. Это что угодно, но не действия, идущие по плану". Родственники Йоханны заявили после слушания о справедливом наказании. "Наконец-то мы можем вздохнуть спокойно", - сказала мать.

Защита заявила о подаче апелляции. После приговора за убийство по делу "лихача на Кудаммштрассе" это уже второе решение в Берлине, которому предстоит выдержать проверку федерального верховного суда.